Overblog Suivre ce blog
Editer l'article Administration Créer mon blog

Le hiéromoine Nicodème. De Khabarovsk à Paris

 
25 octobre 2014

C’est avec tant de chaleur et d’affabilité que le hiéromoine Nicodème (Pavlintchouk) a raconté à « l’Observateur russe » l’histoire de la maison de Nicolas Berdiaev à Clamart que nous lui avons demandé, bien que craignant de passer pour des importuns, comment lui-même s’était retrouvé dans ce « lieu russe » au milieu des réalités françaises du XXIe siècle.

 

В Кламаре | A Clamart Photo: Boris Guessel

Ayant confirmé de nouveau l’immensité du monde russe, le père Nicodème nous a raconté qu’il a été envoyé, après ses études à l’Académie théologique de Moscou, au séminaire de Khabarovsk afin d’y enseigner. Il y a servi deux ans, après quoi le Seigneur l’a redirigé « à l’autre bout du monde », à Paris.

Plus exactement, à Épinay-sous-Sénart, à vingt kilomètres de la capitale, où le Séminaire orthodoxe russe en France a ouvert ses portes en 2009.

«J’y ai été l’un des premiers enseignants » se souvient le père Nicodème. « Le séminaire venait tout juste de commencer son travail. C’est exactement la même chose qu’il m’est arrivé à Khabarovsk lorsque j’y suis arrivé en 2005 : on venait tout juste d’ouvrir l’établissement. »

В кабинете Бердяева | Le cabinet de travail de Berdiaev. Photo: Boris Guessel

Le père Nicodème n’enseigne plus à Épinay-sous-Sénart, mais il conserve un bon souvenir de cette époque. Les cours s’y déroulent en russe et en français. Les étudiants, en provenance de différents pays, sont choisis sur concours. Ceux qui ont été sélectionnés n’étudient pas seulement au séminaire : la formation religieuse est liée à la formation laïque. En parallèle, les séminaristes étudient les matières de base à la faculté de théologie de l’Institut catholique de Paris, ainsi qu’à la faculté de philosophie de la Sorbonne. Ceux qui souhaitent faire leurs études au séminaire viennent de partout où l’on trouve des Eglises russes. Il y a beaucoup d’étudiants en provenance des pays africains ; ceux-ci apprennent le russe afin de prendre part à l’office divin ; les séminaristes en provenance des pays de la CEI (Communauté des Etats Indépendants) découvrent les bases de la langue française.

O.R. Père Nicodème, pouvez-vous nous dire qui enseigne à présent au séminaire ?

P.N. Le personnel enseignant à Épinay-sous-Sénart vient aujourd’hui pour l’essentiel de France. On trouve ici beaucoup de théologiens au savoir solide. Il est intéressant que les formateurs de l’Institut Saint-Serge travaillent aussi au séminaire (l’Institut Saint-Serge dépend de l’Archevêché des Eglises orthodoxes russes sous la juridiction du Patriarcat de Constantinople, NDLR). Les structures sont différentes, mais il n’y a pas de séparation sur le plan spirituel, pas de différence sur le plan eucharistique. Autant les évêques que les simples gens peuvent venir prier dans n’importe laquelle de nos églises.

 

 

O.R. Où servez-vous à présent ?

P.N. Je suis doyen de la paroisse dédiée à Saint-Séraphin de Sarov à Montgeron. Des offices y ont lieu le dimanche et les jours de fête. La chapelle de Montgeron a été construite en 1957 et peinte par Grégory Kroug, l’un des plus fameux peintres d’icônes du Paris russe. Il a vécu dans un monastère, a mené une vie ascétique et a consacré tout son temps à la prière et à la peinture d’icônes. C’est lui qui a peint les fresques de l’église des Trois-Saints-Hiérarques à Paris. On a conservé son iconostase* à Montgeron et ceux qui ont étudié les peintures de Grégory Kroug considère qu’il s’agit de sa plus belle réussite.

[* NdT : On appelle iconostase, dans les églises de rite byzantin, une cloison d'icônes séparant la nef du sanctuaire où le clergé célèbre l'office. Elle symbolise, selon les mots de la théologienne orthodoxe Elisabeth Behr-Sigel, « la distinction sans séparation en même temps que la rencontre, dans la liturgie, du monde céleste, éternel, et du monde terrestre, éphémère », témoignage de la communion entre le monde humain et le monde divin]

O.R. Il semblerait que l’église de Montgeron a appartenu un certain temps à la communauté serbe, pouvez-vous nous en dire plus ?

P.N. Les Serbes en sont partis au début des années 2000 et l’église est passée sous la juridiction du Patriarcat de Moscou. Le hiéromoine Nestor, à présent évêque Korsounsky, a été le premier à servir à Montgeron. La communauté comptait au début une dizaine de personnes, et ce sont à présent une centaine de personnes qui viennent à l’office, et on dénombre en tout 400 paroissiens.

O.R. Vous vivez dans la maison de Berdiaev à Clamart, qui appartient à la communauté ecclésiastique. Pouvez-vous nous parler de la chapelle qui y a été aménagée ?

P.N. L’Eglise de l’Esprit Saint est apparue après que la maison est passée au diocèse de Korsounky. C’est Grégory Kroug qui en a peint l’iconostase. Les serviteurs du culte y prient quotidiennement, mais la chapelle ouvre ses portes une fois par an pour la fête paroissiale le jour du Saint Esprit. On donne alors un office solennel, tous les prêtres se rassemblent, on révère la chapelle et Nicolas Alexandrovitch Berdiaev. Après l’office, un grand repas prend place dans la cour.

Les icônes que l’on voit aux murs de la chapelle ont été apportées par les serviteurs du culte : ils ont eu le souci d’embellir le lieu et d’y laisser un peu de ce qu’ils possédaient de saint.
Jusqu’à récemment, je trouvais des icônes anciennes dans les marchés aux puces, où elles étaient vendues pour presque rien. Je les ai achetées pour Montgeron, je les ai consacrées, et ces belles icônes sont maintenant fixées aux murs de la chapelle.

C’est ainsi que les Russes aménageaient les églises à l’étranger dans les années du siècle passé, et la tradition en perdure jusqu’à aujourd’hui, indestructible.

P.S. Au cours des Journées du Patrimoine qui se sont déroulées en France le 20 et le 21 septembre 2014, quelques milliers de personnes ont visité le Séminaire orthodoxe russe d’Épinay-sous-Sénart. Quant au journal « Le Parisien », il l’a inclus dans sa liste des vingt endroits les plus intéressants de la région parisienne.

 

Elena Iakounine, traduction par Morgan Malié

 

 

Иеромонах Никодим. От Хабаровска до Парижа

 
25 октября 2014

Иеромонах Никодим (Павлинчук) так тепло и приветливо рассказывал «Русскому очевидцу» историю дома Николая Бердяева в Кламаре, что, хоть и опасаясь прослыть назойливыми, мы все же расспросили его о том, как оказался он в этом русском месте посреди французских реалий XXI века.

 

В Кламаре | A Clamart Photo: Boris Guessel

Еще раз подтвердив факт огромности русского мира, о.Никодим поведал, что, окончив Московскую духовную академию, был он послан преподавать в хабаровскую духовную семинарию. Отслужил там два года, после чего Господь перенаправил его на «другой конец света», в Париж.

Точнее, в Эпине-су-Сенар, что в двадцати километрах от столицы. В 2009 году там открылась Русская духовная семинария (Séminaire orthodoxe russe en France).

«Я был одним из первых преподавателей в 2009 году в Эпине-су-Сенар, – вспоминает о. Никодим, – духовная семинария как раз только начинала свою работу, точно так же, как и в Хабаровске, куда я приехал в 2005 году как раз в момент открытия духовного заведения».

В кабинете Бердяева | Le cabinet de travail de Berdiaev. Photo: Boris Guessel

О.Никодим уже не преподает в Эпине-су-Сенар, но охотно вспоминает то время. Занятия там идут на русском и французском языках. Претенденты набираются из разных стран по конкурсу. Учатся поступившие не только в семинарии, религиозное образование совмещается со светским. Параллельно семинаристы посещают Католический университет в Париже, где на богословском факультете изучают базовые предметы, а также философский факультет в Сорбонне.

Желающие обучаться в семинарии едут отовсюду, где есть русские церкви. Много студентов из африканских стран, они учат русский язык для участия в богослужениях, семинаристы из стран СНГ овладевают основами французского языка.

Р.О. Скажите, о.Никодим, а кто теперь преподает в семинарии?

О.Н. Сейчас в Эпине-су-Сенар преподавательский состав в основном из Франции. Здесь много хороших богословов с прочной теологической базой. Интересно, что преподаватели из Свято-Сергиевского института тоже работают в семинарии (Свято-Сергиевский институт относится к Русскому экзархату Константинопольского патриархата – прим.ред.). Структуры разные, но на духовной почве у нас нет разделения. В евхаристическом плане нет разницы. И епископы, и простые люди могут молиться в любом из наших храмов.

 

Р.О. Где вы сейчас служите?

Я настоятель прихода в честь преподобного Серафима Саровского в Монжероне. В воскресные и праздничные дни там проходят службы. Храм в Монжероне был построен в 1957 году и расписан Григорием Кругом, одним из самых известных иконописцев русского Парижа. Он жил в скиту, вел аскетический образ жизни, все время проводил в молитве и в написании икон. Расписал Трехсвятительское подворье. В Монжероне сохранился его иконостас, и те, кто изучал росписи Григория Круга, считают иконостас Монжерона самым удачным.

Р.О. Одно время храм в Монжероне принадлежал, кажется, сербской общине?

О.Н. Сербы ушли оттуда в начале двухтысячных годов, и в 2007 году храм перешел к РПЦ. Первым в Монжероне служил иеромонах Нестор, который теперь является епископом Корсунским. Сначала община насчитывала человек десять, сейчас на службу приходят уже сто человек, а всего в общине 400 прихожан.

Р.О. Вы живете в доме Бердяева в Кламаре, который принадлежит церковной общине. Тут обустроена домовая церковь. Расскажите немного о ней.

О.Н. Церковь Святого Духа появилась после того, как дом отошел Корсунской епархии. Иконостас для нее расписывал Григорий Круг. Храм домовой, священнослужители здесь молятся ежедневно, но открывается он раз в год на престольный праздник Духов день. Тогда совершается торжественное богослужение, собираются все священники, почитают храм и Николая Александровича Бердяева. После службы проходит большая трапеза, которая устраивается прямо во дворе.

Иконы, которые висят по стенам храма, принесены священнослужителями, они заботились, чтобы место было благоукрашенное, и оставляли частичку своего святого.

До недавнего времени я на блошиных рынках находил старинные и чтимые иконы, причем продавались они за бесценок. Я покупал их для Монжерона. Освятил, и теперь они висят красивые в храме.

Вот так и получается, как обустраивали русские люди церкви на чужбине в 20-е годы прошлого века, так традиция по сей день и живет. Неистребимо.

P.S. Во время Дней культурного наследия Франции, которые прошли 20 и 21 сентября 2014 года, несколько тысяч человек посетили Русскую православную семинарию в Эпине-су-Сенар. А столичная газета «Le Parisien» включила ее в список двадцати самых интересных мест парижского региона.

 

Елена ЯКУНИНА

- See more at: http://rusoch.fr/lang/ru/guests/ieromonax-nikodim-ot-xabarovska-do-parizha.html#sthash.Zndm21K2.dpuf

Partager cet article

Repost 0